Однажды в детстве я оказался на пустыре. Все по­росло травой на разрушенной войной стройке. Оборвал­ся путь железнодорожной ветки, не дойдя до корпусов, зияющих пустыми окнами. И вдруг на насыпи у рельсов, где надолго застыли колеса грузовой железнодорожной платформы, я увидел знакомое мне растение, нагнулся и сорвал его — это был чесночок, созревший, но совсем кро­шечный, в десять раз уменьшенная копия того, что растет на огороде. У него была головка величиной с горошину! но зубчики в ней, как у настоящего чеснока.

Тогда мне показалось, что кто-то сделал игрушечное растение, а на самом деле я столкнулся с загадочной проблемой нашей земной жизни — проблемой формообразования. Какие «приборы» следят за формой живого и где они скрыты? Эти вопросы и сейчас мне кажутся одними из самых та­инственных и самых интересных.

Здесь же у рельсов, в траве, бегали, стрекотали и прыгали другие живые существа. Они были вооружены миниатюрными локаторами, дальномерами и светофильт­рами, дающими им возможность по-своему восприни­мать окружающий мир. Падающая от меня тень застав­ляла их отскакивать и прятаться между травинок.

Биологи считают, что муравей глазами отличает толь­ко свет от тени. Но почему же тогда он принимает обо­ронительную позу, если протянуть к нему руку, будто он видит наши пальцы и ладонь и точно определяет расстоя­ние до руки?

Может быть, он «видит» не нас, а электри­ческое поле от руки? Тогда какими же «приборами» му­равей может ощущать это поле?

Достаточно присмотреться к живым существам, что­бы убедиться, какой необычайной способностью реагировать на присутствие веществ и различных полей наделе­ны они. В безбрежном мире живых организмов можно найти рекордсменов, способных ощущать отдельные мо­лекулы веществ и улавливать самые слабые известные нам, а возможно, и неизвестные поля. Но ведь у многих существ их удивительные приборы помещаются в объеме величиной с булавочную головку, а в некоторых случаях даже в световой микроскоп их не рассмотришь, нужен электронный.

Попробуем сравнить сделанный человеком прибор с тем, что создала природа.

В современной аналитической лаборатории целые полчища датчиков, индикаторов и различных анализа­торов.

Вот, например, сейчас часто применяют нейтронный активационный анализ. С помощью этого совершенного метода можно уловить незначительную разницу в соста­ве микроэлементов в волосах двух людей.

Мне приходи­лось использовать этот метод при исследовании состава микроэлементов в хрусталиках глаз лягушек, особенно у головастиков, когда и хрусталик-то на ладони выглядит, как маковое зернышко, а ведь удалось обнаружить в такой крохе даже золото. Однако сколько требуется приборов для такого сверхточного   анализа! Нужен источник нейтронов — атомный реактор, сооружение до­статочно внушительное. И еще — многоканальный ана­лизатор гамма-спектра величиной с небольшой платя­ной шкаф.

Сама же природа нам подсказывает, как надо стро­ить миниатюрные датчики и приборы, которыми снабже­ны различные насекомые, рыбы, птицы. Миллионы лет совершенствовались их анализаторы в процессе эволю­ции.

Можно ведь смоделировать их работу. У электрон­щиков для этого большие возможности. Так, на плато величиной с почтовую марку они могут поместить схему телевизора. В будущем у пленочной электроники пер­спективы неограниченные.

Но есть и второй путь создания чувствительных при­боров.  Например, использовать датчики мух, пауков, крыс.

читать дальше